 |
|
Она испытующе уставилась на него. Казалось, ее глаза говорили: "Да, я-то ведь понимаю, ты только делаешь вид, будто работаешь. Ах, если бы только у тебя была милая, любящая жена!.." - Перед отъездом я тебе оставлю эти пилюли. Поцелуй меня. Джон наклонился, и мать поцеловала его, как умела это делать только она, с такой неожиданной душевной силой, которая пронизывала насквозь. С порога он оглянулся. Она улыбалась, приготовившись стоически переносить свою бессонницу. Закрыть дверь, мама? - Да, милый. Чувствуя, что к горлу у него подступает комок, Джон поспешно вышел и закрыл дверь. ГЛАВА XVII Лондон, который, по мнению Дирека, следовало взорвать, в эти майские дни кипел жизнью. |
